Селищев Николай Александрович Китайская экономика в XXI веке Вместо предисловия Когда 10 лет назад, я рассказывал на


Скачать 263.43 Kb.
НазваниеСелищев Николай Александрович Китайская экономика в XXI веке Вместо предисловия Когда 10 лет назад, я рассказывал на
страница1/3
Дата08.11.2012
Размер263.43 Kb.
ТипРассказ
  1   2   3






Селищев Александр Сергеевич

Селищев Николай Александрович




Китайская экономика

в

XXI веке


Вместо предисловия




Когда 10 лет назад, я рассказывал на лекциях студентам о том, что через 20 лет Китай станет экономической державой № 1, аудитория недоверчиво веселилась.
Когда 5 лет назад, я говорил студентам, что через 15 лет Китай станет экономической державой № 1, аудитория более или менее агрессивно отметала подобные «инсинуации», как неуклюжую прокоммунистическую агитацию.

Когда сейчас я выражаю мнение, что через 10-15 лет Китай станет державой № 1, некоторые студенты задумываются, и говорят, что это не исключено.

Вместе с тем многие европейские, американские и российские исследователи утверждают, что этого быть не может, потому, что не может быть.

При этом рассуждают о якобы непреодолимых противоречиях, которые помешают Китаю стать мировым экономическим лидером. Сказывается инерционность евроцентристского мышления. Мы так привыкли, что светоч культуры расположен на Западе. Если быть до конца откровенным, то и свою великую Родину - Советский Союз мы демонтировали, чтобы «понравиться» Западу, быть к нему ближе, «демократичнее». Не было никакого развала. Был торопливый и бездарный демонтаж… Во что это нам обошлось, мы только начинаем осознавать.

Но природа не терпит пустоты. Исчезла одна мировая держава, обязательно возникнет новая. Теперь уже определенно, что это будет Китай.

Сколько нападок на Китай льется со страниц отечественных и западных СМИ… Сколько снобизма и нежелания понять, что же на самом деле происходит в Китае…

А Китай живет по своим правилам. И он «обречен» стать державой № 1 в ближайшем будущем. Нравится это кому-нибудь или нет.


Выражаем глубокую благодарность университету «Цинхуа» (Пекин) за любезно предоставленную возможность стажироваться в Китае, в результате чего мы получили неоднократную возможность познакомиться со страной воочию.

Профессор Санкт-Петербургского

государственного университета

экономики и финансов А.С. Селищев


Магистр Восточного факультета

Санкт-Петербургского

государственного университета Н.А. Селищев


Глава 1. Китайцы: кто они?



Я поступаю также,

как в древности поступали:

Взглядам своим и мыслям

не изменю вовеки –

Пусть мне судьба готовит

новые испытанья…

Цюй Юань (340-278 гг. до н.э.)

1.1. Национальный менталитет и экономическое развитие




Путник в далекой стране!

Вернись, тебе покажу я

Истинные цветы.

Басё (1644-1694)


В последние годы беспорядочных «реформ» горбачевской элиты экономистами навязчиво муссировалась идея о первичности влияния неэкономических факторов на экономическое развитие. Лишний раз, потоптав ногами неприкасаемого еще недавно К. Маркса и его теорию общественно-экономических стадий развития (формаций), «новые отечественные прогрессисты» (они же – бывшие профессиональные марксисты-ленинцы) принялись реанимировать идеи М. Вебера, согласно которым успех или неуспех экономического развития той или иной страны зависит, прежде всего, от «цивилизационной составляющей». Рассмотрим и мы более подробно эту версию.

С давних времен внимание ученых активно привлекала проблема «Восток-Запад». Похоже, что именно древние греки посеяли семена, которые и дали всходы самой проблемы. Географически эллинский мир был разделен на две части: на Западе – Европа, на Востоке – Азия. Борьба между Грецией и Персией одновременно олицетворяло противостояние между Европой и Азией, Западом и Востоком.

Уже в V-м веке до н.э. термин «азиатский» употреблялся эллинами в уничижительном смысле. Это был уже не просто географический термин. В трудах Гиппократа, Аристотеля, Плиния, он стал синонимом деспотизма и варварской пышности, что противоречило идеалам древних греков.

Походы крестоносцев и монгольское нашествие придали проблеме «Восток-Запад» новую остроту и актуальность. Средневековые ученые-христиане повытаскивали на Свет Божий ветхие фолианты античных классиков, выискивая высказывания древних о якобы преимуществе Запада над Востоком.

Этой традиции последовали исследователи Нового Времени. Широкую известность получили слова Шарля Монтескье (1689 – 1755) о том, что Европа – это гений свободы, а Азия – дух рабства.

В XVI- XVII – м и особенно в XVIII-м веках европейцы вслед за Ближним Востоком начали активно познавать Восток Дальний, и, прежде всего – Китай. В XVIII-м веке в основных королевских дворах Европы царила мода на все китайское. Знать увлекалось китайским искусством, воздвигала при дворцовых парках миниатюрные китайские деревни и павильоны, в больших количествах закупала шелка и фарфор. Этой моды не избежала и Россия, примером чего является строительство китайской деревни в парках Царского Села.

Но очень скоро, уже к середине XIX века отношение европейцев к Китаю кардинально изменилось. Энтузиазм сменился презрением. Главной причиной упавшей популярности Китая явился подъем британского военно-экономического могущества в результате английской промышленной революции последней трети XVIII века. Окрепшая Британия тут же затеяла против Китая серию опиумных войн 1839 – 1842 годов, приведших к территориальным захватам (Гон Конг – только один из примеров).

В 1860 году англо-французские войска (при прямом попустительстве США и России) захватили и разграбили расположенную в окрестностях Пекина летнюю резиденцию цинских императоров – Юаньминьюань. Этот и другие выдающиеся памятники китайской культуры в окрестностях и в самой столице были разрушены и сожжены дотла.

Парк Юаньминьюань до сих пор пребывает в разрушенном состоянии. Он расположен недалеко от двух главных университетов станы: Пекинского и «Цинхуа». Как-то августовским вечером 2000 года я отправился со своим китайским другом Ли Ганцзюнем на прогулку по этому громадному лесному массиву. Мы любовались озером, миролюбивой беседой лягушек. Повсюду – развалины дворцов и замков, несомненно, европейской архитектуры. Я спросил своего друга: «Что это и почему это не восстанавливается»? Ли Ганцзюнь ответил с горечью: «А разве ты не знаешь»? Я понял, что допустил какую-то бестактность и замолчал. На следующее утро отправился в библиотеку университета и ознакомился с чудовищной хроникой англо-фрацузского варварства1.

Но вернемся в прошлое. Ведущие европейские умы вслед за древними греками подхватили мысль о статичности китайской цивилизации. К примеру, Гердер сравнивал Китай с забальзамированной мумией, завернутой в шелк, и разрисованной иероглифами. Гегель (1770-1831) писал: «Мы имеем перед собой государство, и, тем не менее, лишенное прошлого. Государство, которое существует сегодня и которое, как мы знаем, существовало в древности. И в этом смысле Китай не имеет истории»2. Подобные мысли содержались в работах Дж. Ст. Милля (1806-1873) и большинства западных экономистов того времени.

Статичность и отсталость китайской цивилизации западные мыслители объясняли (причем, как правило, довольно наивно) политическими, экономическими, биологическими либо религиозными факторами. Некоторые видели препятствие общественному развитию в особенностях структуры китайского языка, другие на первый план выносили климатические и даже биолого-почвенные условия.

Наибольший резонанс получила теория Макса Вебера (1864-1920), который выделял несколько цивилизационных типов общества, каждый из которых более или менее предрасположен к экономическому развитию3. Вебер соотносил эту предрасположенность, прежде всего, с религиозно-социальными воззрениями данного общества и напрямую связывал источник западного экономического прогресса с религиозными идеями реформации. По Веберу «идеальному капиталистическому типу» соответствует протестантская этика, чуждая не только азиатским цивилизациям, но и значительно отличающая от прочих христианских конфессий: от католицизма и еще в большей степени от православия4. Вебер противопоставлял протестантство именно конфуцианству, всячески подчеркивая, что в конфуцианском обществе экономический прогресс невозможен.

Очень любопытно, что в последние годы, когда экономические успехи стан Восточной Азии (в том числе и Китая) стали очевидны, появилась целая серия работ, авторы которых пытаются либо опровергнуть, либо модифицировать теорию Вебера. Более того, успехи Китая, Японии, Кореи и других стран Восточной и Юго-Восточной Азии объясняются очень часто именно конфуцианским менталитетом и конфуцианской этике5.

Своеобразно подходила к данной проблеме российская общественная мысль XIX века. Многие связывали отсталость России с особенностями географического положения страны (между европейской и азиатской цивилизациями)6.

Так, известный западник П.Я. Чаадаев (1794-1856), писал: «Мы не принадлежим ни к одному из великих семейств человеческого рода; мы не принадлежим ни к Западу, ни к Востоку, и у нас нет традиции ни того, ни другого. Стоя как бы вне времени, мы не затронуты всемерным воспитанием человеческого рода»7. И далее: «Мир искони делился на две части – Восток и Запад. Это не только географическое деление, но также и порядок вещей, обусловленный самой природой разумного существа: это – два принципа, соответствующие двум динамическим силам природы, две идеи, обнимающие весь жизненный строй человеческого рода»8.

Наряду с прочими западниками Чаадаев высказывал мысль о том, что все беды в России происходят из-за преобладания восточного компонента в ее культуре. «У нас совершенно нет внутреннего развития, естественного прогресса, - писал он, - мы растем, но не созреваем»9. Независимо от М. Вебера, Чаадаев одну из причин усматривал в религии, что Россия избрала «менее прогрессивное» по сравнению с католицизмом, православие. Интересно отметить, что сам Чаадаев принял католическую веру, чем навлек на себя общественное порицание10.

В настоящее время в отечественной науке ведутся достаточно интенсивные изыскания в области специфики развития Востока и Запада. Один из авторитетных ученых в данной сфере Л.С. Васильев, рассуждая о причинах несхожести путей развития Востока и Запада, отмечал, что примерно в IV-II тысячелетии до н.э. на Земле закладывались основы командно-административной структуры. При этом первобытнообщинные общества шли в русле единого пути. Затем, примерно в VII веке до н. э. в Средиземноморье началась бифуркация, и в результате не вполне ясных процессов произошло нечто вроде социальной мутации, и возник феномен античности»11.

Античная цивилизация принципиально отличалась от «азиатской» по всем основным параметрам (частная собственность, свободный рынок, индивид на первом плане, уважение прав человека и т.п.), что является антиподом восточного уклада. В результате возник феномен двух разных путей развития: восточного и западного, азиатского и античного.

Согласно данной гипотезе, вся последующая история человечества была периодом сосуществования этих двух противоположных общественных структур. При этом различие между ними заключалось не только в элементах, но и в динамике эволюции. Европейская античная структура отличалось мобильностью, и после цепи катаклизмов (крушение Рима и нашествие варваров, которые несли за собой элементы азиатской структуры) она сумела возродиться, хотя далеко не сразу (к XVI-XVIII веку). Восток же на протяжении этих долгих лет существовал в своем привычном виде как в тех странах, которые подвергались опустошающим нашествиям и гибели, так и там, где катаклизмов не было. В любом случае азиатская структура отличалась стабильностью и статичностью. Восточная структура регенерировала после катаклизмов, но не изменялась, даже если находилась под сильным целенаправленным европейским воздействием, как это было с Ближним Востоком после походов Александра Македонского вплоть до возникновения ислама. Тысячелетний период эллинизации, романтизации и христианизации так и не привел к существенным переменам. И только энергичное воздействие европейского капитала с началом колониальной Западной экспансии в течение нескольких веков заложило основы для вынужденной трансформации Востока12.

Среди многочисленных попыток вскрыть причины возникновения упомянутой «социальной мутации», в результате которой Древняя Греция, якобы, сбилась с единого пути мировой цивилизации, интересной является гипотеза Э.С. Кульпина. Кульпин связывает возникновение буфиркации с резким похолоданием в железном веке13. В результате этого потрясения Греция якобы пошла по новому пути эволюции, и создала новую цивилизацию с особой триадой ценностей: свобода, равенство, братство (основанной на труде, частной собственности и развитии).

Китай же продолжал быть верен принципам «восточного деспотизма», в котором во главу угла поставлено государство, которое опирается на такую систему ценностей, как неизменный порядок, традиции, ритуал, иерархия и стабильность14.

Однако все это лишь гипотезы.

До промышленной революции последней трети XVIII века Восток существенно не отставал от Запада, и, в частности, уровень развития Китая еще в начале XVIII века был сопоставим с уровнем Западной Европы. Очень интересное исследование в связи с этим провел В.А. Мельянцев15 (см. табл.1.1.).


Таблица 1.1

Валовой внутренний продукт на душу населения (в международных долларах 1980 г.)

Страна

1000 г.

1600 г.

1800 г.

1870 г.

1913 г.

1950 г.

1988 г.

1

2

3

4

5

6

7

8

Китай

600-700

450-580

470-530

370-430

400-450

400-450

2450-2550

Индия

570-650

450-550

410-470

360-420

480-530

410-460

830-890

Япония

250-300

310-390

410-480

430-490

850-900

1090-1160

10400-10600

Британия

350-400

520-650

1050-1130

2180-2280

3100-3200

1150-1160

9500-9700

Германия

350-400

520-650

710-780

1050-1130

2030-2130

2650-2800

11300-11500

Франция

350-400

520-650

640-720

1260-1320

2180-2280

3170-3270

10700-10900

США





770-830

1450-1530

3550-3650

6330-6530

13900-14100

Россия16

350-400

450-500

550-620

700-800

1000-1200

1600-1900

6500-7000


Ханьский Китай в начале нашей эры, по всей вероятности, не отставал, а несколько опережал Римскую империю раннего принципата. В.А. Мельянцев оценивает доход на душу населения 2000 лет назад в Китае в размере 340-440 долларов в год, а в Риме - 300-400 международных долларов. К 1000 году Китай продолжал оставаться мировым лидером по этому показателю, и лишь к 1600 году мировое – первенство страны оказалось утраченным. К 1800 году Китай скатываются в отсталую периферию мировой цивилизации. Что же произошло?

И опять в качестве объяснения предлагается все тот же сомнительный «цивилизационный подход», своеобразный синтез теории «развития цивилизаций» А. Тойнби и теории «протестантской этики» М.Вебера. В основе этого подхода лежат особенности восприятия экономического роста и модернизации разными цивилизациями, в зависимости от их социально-религиозных традиций. Мы свели эти особенности в таблицу (табл. 1.2).

Таблица 1.2.

Особенности восприятия модернизации и экономического роста четырьмя основными цивилизациями (после 1800 года)


(А) Европейско-антично-христианская цивилизация

(Б) Арабско- исламская цивилизация

(В) Индо-буддийская цивилизация

(Г) Китайско-конфуцианская цивилизация













Генеральная установка – индивидуальный материальный успех.

Генеральная установка – покорность перед волей Аллаха и лиц его замещающих, материальный успех не поощряется.

Генеральная установка – высшая ценность небытия. Нирвана. Материальный успех – ничто.

Генеральная установка – постоянное самоусовершенствование.

(1) Индивид во все большей степени рассматривается как единица общества. Ставка на сильного индивида, на частную собственность, достоинство, свободу.

(1) Человек – песчинка. Ставка на хорошо дисциплинированный и покорный воле старшего социум. Частная собственность. Основа общества – семья. Общая установка на общественное равенство.

(1) В центре индивид (как в 1А), но не как свободная личность, а как обособленный человек, занятый мыслями о собственном спасении, а также – спасении своей общины. Основа общества – семья.

(1) Организованность и дисциплина, (как в 1 Б), но основанная не на покорности, а на чувстве долга. Личность не на столько принижена, как в (1Б). Основа общества – семья.

(2) Широкие возможности проявления квалификации в разных сферах деятельности. Высокая мобильность.

(2) Большая мобильность (сегодня – раб, завтра – эмир, и наоборот). Но все в основном зависит от удачи. Фатализм, мобильность тормозится условиями (1Б и 4Б).

(2) Кастовость. Отсутствие социальной мобильности. Мобильность – тормозится условиями (1 В), (4В), (7В).

(2) В целом мобильное общество несколько тормозится жесткой структурой государства (в Китае – больше, в Японии –меньше).В целом – ситуация близка к (2А).

(3) Перед законом индивид отвечает только за себя.

(3) Индивид часто несет ответственность за членов своей семьи, рода, гильдии, касты, общины.

(4) Сфера религии ограничена отношениями человека со святыми. Прочие отношения не религиозны.

(4) Важность религиозных отношений во всех сферах общества, в том числе и в экономике.

(4) Примерно как в (4б).

(4) Примерно как в (4А).

(5) Усиление человеческой активности в общественных отношениях возможно и желательно.

(5) Смирение и послушание. Повиновение перед старшими.

(5) Жесткая кастовость. Социальная мобильность минимальна.

(5) Упор на общественную стабильность и порядок.

(6) Большинство людей в той или иной степени вовлечены в политическую деятельность.

(6) Заповеди ислама не препятствуют мусульманину заниматься политикой, экономикой, общественной деятельностью.

(6) Безразличие индивида к власти, к администрации, к государству. Политикой занимается ограниченное меньшинство населения.

(6)Слабая политическая, но сильная социальная активность. Политикой занимается ограниченное меньшинство населения.


В таблице представлены особенности восприятия модернизации и экономического развития четырьмя основными цивилизациями после 1800 года: европейской, арабо-исламской, индо-буддийской и конфуцианской. Как следует из данной таблицы, наилучшие условия для предпринимательской деятельности и экономического развития имеет европейская цивилизация, на втором месте (самая удаленная от нее географически) – китайско-конфуцианская. Именно эти цивилизации обладают наиболее активной генеральной установкой развития, высокую социальную мобильность, основанную на профессионально-квалификационной основе. В этих двух цивилизациях особое значение придается трудовой деятельности и творчеству.

Однако было бы заблуждением абсолютизировать эту схему. Дело в том, что состав стран и народов, относящихся к той или иной цивилизации традиционно неоднороден. Так, М. Вебер в одной только европейской цивилизации по религиозному признаку выделял народы более или менее склонные к предпринимательской деятельности и к прогрессу. На первом месте в его иерархии стояли протестанты, на второй – католики. П.Я. Чаадаев отвел третье место православным. Но как быть с баптистами и другими христианскими сектами? А староверы? Согласно некоторым исследованиям дух предпринимательства их не уступал протестантскому. И чем дальше продвигаешься по данной тропе исследования, тем больше вопросов и неясностей.

Не менее однородна и китайско-конфуцианская цивилизация, в состав которой входят Китай, Корея, Япония и Вьетнам. Конфуцианство в каждой отдельно взятой стране здесь имеет свою специфику. К тому же собственно китайская цивилизация в немалой степени подверглась влиянию извне, особенно со стороны индо-буддийской цивилизации. Наконец, на протяжении многих веков в упомянутых странах преобладало не конфуцианство, а иные мировоззренческие установки (буддизм, шаманизм, синтоизм, даосизм, традиционные верования и т.п.).
  1   2   3

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Разместите кнопку на своём сайте:
cat.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©cat.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
cat.convdocs.org
Главная страница