Рассказ Сиамских Близнецов Рассказ Смирного рыболова Рассказ Блудной Жертвы Рассказ Алтайского Странника не веришь прими за сказку, или прогулки с фимой по зоне любезный друг читатель, уверяем тебя: такой книги о российских «зонах»


НазваниеРассказ Сиамских Близнецов Рассказ Смирного рыболова Рассказ Блудной Жертвы Рассказ Алтайского Странника не веришь прими за сказку, или прогулки с фимой по зоне любезный друг читатель, уверяем тебя: такой книги о российских «зонах»
страница2/13
Дата19.03.2013
Размер1.13 Mb.
ТипРассказ
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13


В общем, как красочно описывал позже сам Балабос, «когда этот кувшинчик оказался на моей голове, я почувствовал, что он разлетается на тысячу мелких осколков...»


A Базилио срочно попросился в другую колонию. Его успели перевести до того, как Балабос выписался из санчасти.


1 «Погоняло» - кличка, прозвище.

2«Семейник» - член «семьи»: небольшой группировки осуждённых, сформированной по принципу личной симпатии, общности интересов и проч.

3 «Бандяк» - посылка или бандероль; на Юге так же называют нелегальную передачу.

4 «Положняковый» - положенный по закону.

5 По новому уголовно-исполнительному кодексу, осуждённого нельзя лишать свиданий и передач (старый кодекс позволял это делать).

6 «Шизняк» - штрафной изолятор (ШИЗО), куда водворяются нарушители режима сроком от 1 до 15 суток.


«Я К ВАМ ПИШУ – ЧЕГО ЖЕ БОЛЕ?»


ДАЛЕКО НЕ ВСЕ «СИДЕЛЬЦЫ» владеют «красотами слога», как Серёга Балабос. А очаровать «заочниц» хочется многим. Часто – не столько из любви. «Заочница» - это прежде всего посылки, бандероли, свидания. Не зря ведь говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.


А к сердцу женщины? Тут нужны какие-то особые слова, поэзия, нежность... Без таланта не обойтись. В «зоне» же, как правило, собираются люди с талантом сугубо узкой направленности: «щипачи», «домушники», «медвежатники», «гоп-стопники» и проч. Поэтому поэтический дар ценится тут особо. Тем более если ему можно найти практическое применение.


И появляются на свет «болванки» стихотворных обращений к таинственным незнакомкам. Не ломай голову, бери и переписывай! Остальное можешь изложить прозой.


Вот, к примеру, одно из известных в зэковском народе обращений:


Пишу тебе с тех мест, где нет невест,

Где звёзды не достать руками,

Где девушек считают за богинь

И видят только на телеэкране.


Если «заочнице» не совсем понятно, что за такие загадочные «места» имеются в виду, можно написать открыто:


Не бойся, девчонка, что я - заключённый:

Я просто случайно нарушил закон.

И только на время свободы лишённый, —

Но чувств человеческих я не лишён!


Но и это — всего лишь цветочки. Однажды в Азовской воспитательно-трудовой колонии для несовершеннолетних цензор изъял около сотни писем в разные концы страны от нескольких десятков малолеток! Все послания содержали одно и то же признание:


Здравствуй, незнакомка дорогая!

Я прошу минуту уделить.

И не рви письмо ты, не читая,

Ведь его нетрудно позабыть.

Знаю, ты сейчас припоминаешь,

Где встречались мы и кто же я.

Не сердись, но ты не угадаешь,

Ты меня не знала никогда.

Так слушай, Люба, милое созданье,

Прошу тебя на это не серчать,

Я так надеюсь на твоё вниманье,

На письма, Люба, надо отвечать.

Прости меня за явное вторженье,

Прости меня, что я пишу тебе.

И твой ответ не будет униженьем,

Ты не смотри на то, что я в тюрьме.

А переписка - может, это чаша,

Начало первой и большой любви.

Спроси у сердца, и оно подскажет.

Ты по его совету поступи.


Письма отличались только именами: вместо Любы шли Маши, Насти, Вали, Пелагеи... Ах да — ещё, как ни странно, доморощенные Онегины умудрились при переписывании одного и того же послания своим Татьянам наделать совершенно разных ошибок!


Конечно, читать чужие письма — дело несколько сомнительного свойства. Но в данном случае, думаю, изъятие самодельных виршей было явным благом. Так что, цитируя неизвестного поэта,- «прошу простить невольное вторженье»...


НАМ С КРЫШИ ВИДНО ВСЁ – ТЫ ТАК И ЗНАЙ!


«СЕАНС» НА ЖАРГОНЕ ЗОНЫ ЗНАЧИТ нечто вроде наслаждения красотой. «Сечь сеанс» - приобщаться к прекрасному. Впрочем, чаще всего имеется в виду лицезрение какой-нибудь роскошной девицы («биксы», «шмары», «тёлки», «халявы», «соски», «герлы» и так далее). Причём чем меньше на ней одежды, тем «сеанс» «круче».


А где зэку прикажете сечь этот самый сеанс? Ну, по телевизору — это понятно. Правда, по распорядку дня к тому времени, когда «хипишный ящик»1 демонстрирует эротические фильмы, дисциплинированный арестантский народ должен мирно посапывать в люльке и смотреть сны в клеточку. Но не придумана пока такая сила, которая бы заставила «сидельцев» отказаться от ночного просмотра «Плейбоя»!


Особым спросом пользуются эротические журналы и вырезки из них. В каждой зэковской «бендешке», в тумбочке, на стене, на столе у осуждённого-нарядчика или бригадира вы обязательно увидите шикарную обнажённую красотку в самой вызывающей позе. Начальство колонии лениво борется с этим «вольнодумством», но не слишком усердно: тоже ведь мужики, понимают, что к чему...


Однако кино - это кино, а жизнь есть жизнь. A где на зоне живую бабу возьмёшь?


И тогда на помощь приходят «декабристки». Есть такая категория девиц, которые занимаются относительно безопасным и доходным промыслом под стенами колоний, опутанными поверху колючей проволокой. Тёплыми вечерами приходят сюда представительницы прекрасного пола от четырнадцати до сорока лет, чтобы «крутить сеансы». Находят пригорок повыше и терпеливо ждут, когда соберутся благодарные зрители.


Благодарные зрители в это время всеми правдами и неправдами пробираются на крыши «зоновских» строений. Обычно это происходит на «промке» - в промышленной части колонии. В жилой зоне прапорщики не допустят, чтобы зэк влез на крышу общежития: слишком наглядно, тебе же за это начальство потом накостыляет. A на промзоне спросу меньше...


Ну вот, собрался десяток-другой отчаянных арестантов на крыше какого-нибудь цеха. И начинается разговор:


- Эй, рыжая, ну-ка, зарисуйся! Покажь, чё под юбкой!


— Ага, разбежалась! Даром - за амбаром! За показ деньги берут!


— Да чё ты, в натуре, миньжуешься2? Выйду - за всё заплачу, у меня скоро сроку конец!


— Ты свой конец заховай поглубже, а мне башли кидай!


После беззлобного переругивания и торга с крыши вниз летит купюра, привязанная к какому-нибудь предмету потяжелее (камень, заготовка детали и т.д.). И начинается стриптиз-шоу, рамки приличия которого определяются щедростью «сидельцев». Девицы могут плавно, зазывающе покачивая бёдрами, медленно снимать с себя деталь за деталью туалета. Могут при помощи банана или огурца имитировать половой акт. А за хороший куш продемонстрируют и сеанс лесбийской любви со всеми интимными подробностями...


Поначалу у стен колонии между «стриптизёрками» шли бои за место под солнцем. Однако вскоре спрос определил предложение: остались лишь самые видные - длинноногие, стройные, грудастые. И главное — с «артистическим талантом». Зона деньги зря платить не любит.


А насчёт молодости и смазливости - претензий меньше. Потому что с крыши даже при самом остром зрении мелких подробностей рассмотреть всё равно не удаётся. Ведь артистических биноклей «босякам» не выдают...


1 «Ящик хипишный» - так арестанты называют телевизор.

2 «Миньжеваться» - проявлять нерешительность, колебаться.


«ЧИСТО ПО-БРАТСКИ»


В МЕСТАХ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ арестанту запрещено иметь наличные деньги. Вместо них он получает «боны» - специальные чеки на определённую сумму для отоваривания в магазине колонии.


Во время одной из таких «отоварок», когда у окошка «ларька» скапливается толпа зэков, один из них, крепкий работяга из кузнечного цеха Пархом, уже отходя от прилавка с приобретённой «жрачкой», поймал за руку «ширмача» Васеньку, когда тот пытался втихую «увести» (стащить) у него пачку грузинского чая. Ну, понятно, поднял кипиш (скандал)... Бить, правда, не стал: Васенька крутился с так называемыми «чёрными» — с профессиональными уголовниками, которые в колонии «держали масть».


Поволок Пархом карманника на разборку к «положенцу» - зэку, который считается неформальным лидером в колонии (то, что раньше называлось «пахан»). Так, мол, и так, вот и свидетели есть...


«Положенец» с громкой погремухой Слон замялся. С одной стороны, всё ясно. С другой: как ни крути, а Васенька — свой, вся «братва» его знает и по «зоне», и по воле... Созвал Слон так называемую «первую пятёрку», или «блаткомитет» (вроде «зоновского» Политбюро). Посовещались, вызывают к себе Пархома и Васеньку.


- Слышь, Пархом, — говорит арестанту «положенец», — ну чего ты? Что за кипиш на болоте, что за шухер1 на бану? Ты же «мужик» с понятиями. Васенька, конечно, погорячился, мы его поправим. Но и ты должен его понять. Он - «кармаш» по жизни. А «кармаш»- это как пианист, у него пальцы должны быть постоянно в движении, чтобы навыков не потерять. Вот он и «щиплет» помаленьку. Не в обиду, замнём этот базар чисто по-братски...


Вздохнул Пархом и пошёл восвояси. Но обиду всё-таки затаил...


И через несколько дней, подойдя к Васеньке, мирно курившему во дворе своего отряда, кузнец со всего маху заехал ему по уху! Тот отлетел на несколько метров и «отключился». A Пархом взял пачку сигарет и спокойно ушёл.


Что тут поднялось! Ещё бы: работяга ушатал «честного босяка»! Вызвали тотчас Пархома «авторитеты» на свою «правилку» (грозный суд): как же ты, такой-сякой, творишь здесь голимый беспредел (откровенное беззаконие)?! На что Пархом вежливо отвечает при скоплении всего арестантского народа:


— Братва, вы же знаете, я второй срок тяну, и всё — за «гоп-стоп» (уличный грабёж на испуг. — авт.). A у «штопорилы» (грабителя) удар должен быть, как кувалдой. Практиковаться нужно, чтобы навыки не потерять. Вот и приходится когда-никогда треснуть кого ненароком. Так что, не в обиду, замнём этот базар чисто по-братски...


1 Шухер - тревога, опасность; бан – вокзал.


«Я ЗА БАЗАР ОТВЕЧАЮ»


КАК НИ БОРЕТСЯ АДМИНИСТРАЦИЯ мест лишения свободы с карточной игрой, но только все напрасно. Много из-за этого случается трагедий, люди попадают в долговую кабалу, становятся «заигранными», рабами, а то и пассивными педерастами... Но бывают и забавные случаи.


...Камера следственного изолятора, рассчитанная максимум на 20 человек, вместила в себя всех 60. Да и те большей частью сгрудились в углу у нар, где идет азартная карточная игра в «буру». На катране (место для игры) «катают», то есть играют, двое. Что называется, «лоб в лоб». Один из них — опытный «исполнитель» (профессиональный картёжник) по имени Валера, другой — новичок в «хате», горячий кавказец, которого все просто кличут «ара».


Поначалу игра идёт с переменным успехом. Валера, что называется, «кидает замануху», давая кавказцу выиграть по-маленькой. Но и невооружённым взглядом видно, что «ара» представляет из себя, как говорят зэки, «булку с маслом» — стопроцентную жертву. В конце концов он проигрывает ловко припрятанные от надзора деньги, клетчатую безрукавку, что была на нём, джинсы и даже модельные лаковые туфли.


— Давай дальше! - азартно кричит он Валере.


— Что - «давай»? Пусть тебе твоя баба даёт. Ты чем отвечать будешь? На тебе одни трусы остались. На попку играть?


— Что?! Почему на попку?! У меня в «сидоре» костюм спортивный лежит, его ставлю!


- Э, барахло какое-нибудь! Покажи.


— Что «покажи»? Весь мешок наружу выворачивать? Я отвечаю: ещё ни разу не стиранный, я его даже не надевал!


Володя, махнув рукой, соглашается. Знает: если «ара» соврал - спрос будет суровый.


Игроки сгоняли несколько «апсиков» (конов) — и кавказец «вкатил» свой замечательный костюм. Вздохнув, полез в мешок - и извлёк на свет жуткое, грязное, замызганное тряпьё:


— Вот, держи! Как договаривались!


— Ты что, отморозок?! Оборзел?! Ты из какой помойки этот гнидник выкружил? Ты ж говорил - ни разу не надёванный, не стиранный!


— Слушай, я за свои слова отвечаю! Жена брата положила, да! Что, не видишь - ни разу не стирали? Конечно, я такое на себя не надену! А ты что, наденешь, да?!


«ГАМАНОК»


ОДИН ИЗ APECTAHTOB со строгого режима, Владимир Лужков, рассказал забавную историю.


Когда в 79-м году заморозили1 в Южном Кузбассе Берёзовский лагерь особого режима, всех «полосатиков»2 распихали по строгим зонам. Десятка три «бродяг»3 попали на пересылку в Абагур. А как раз перед этим «братва» собрала все свои сбережения (около девятисот рублей) в общак4, и стала прикидывать: как бы запулить эти бабки в лагерь, чтобы «вертухаи»5 не отшмонали6? И решили действовать старым испытанным способом: снарядить «торпеду».


Вообще слово «торпеда» имеет в арестантском жаргоне несколько значений. Так, например, зовут подручных у «авторитетов». Здоровых и недалёких парней используют для расправы над неугодными зэками или для исполнения других не слишком приятных поручений. Но в нашем случае речь идёт о другой «торпеде»: о проносе за «колючку» запрещённых предметов тайным и, я бы сказал, «деликатным» способом. И вот каким.


Собранные купюры были свёрнуты в тугой рулон, запаяны в целлофан и отданы на хранение некоему Стасу — зэку, шестерившему на «отрицаловку»7. И он эту самую «торпеду»... затолкал себе в задний проход (чтобы не нашли при обыске)!


Привезли «босяков» на пересылку. Тасуются они, ждут этапа на зону. A этапа всё нет и нет. Через несколько дней все запасы у пацанов, прихваченные ими с «особняка», кончились. Зовут Стаса:


- Давай бабки доставай — шеметом8! Сейчас у шныря9 жрачкой и чифирём разживёмся.


Пошёл Стас за ширму, которая отделяет от камеры парашу, попыхтел, вытащил капсулу. Гоп-компания отсчитала нужную сумму, остальное вернула «хранителю»:


- Сховай назад!


Прошло ещё несколько дней. Отмеренная сумма была израсходована. Стаса опять погнали за ширму. Тот достал несколько бумажек, остальное — вернул «на место».


Через пару-тройку дней всё в очередной раз повторяется. И так — в течение нескольких недель. Бухтит «казначей», но покорно плетётся на парашу...


И вот однажды «братва» опять гонит Стаса за новой «дозой». Тот сердито фыркает, но деньги извлекает. Ребята отсчитывают, сколько требуется, а остальное возвращают Стасу:


— Храни, как зеницу ока!


И тут безропотный зэк не выдерживает:


А может, как зеницу жопы?! Да вы меня задолбали! Я вам что, гаманец10?!


1 «Заморозить» - закрыть.

2 «Полосатик» - осуждённый, отбывающий наказание в колонии особого режима (где носят полосатую зэковскую форму).

3 «Бродяга» - уважительное определение опытного, неоднократно судимого осуждённого.

4 «Общак» - общая касса арестантов.

5 «Вертухай» - надзиратель.

6 «Отшмонать» - отобрать при обыске.

7 «Отрицаловка» - арестанты, враждебно настроенные по отношению к администрации мест лишения свободы, приверженцы «воровских» «законов» и «традиций».

8 «Шеметом» - быстро, шустро (северн. жарг.).

9 «Шнырь» - дневальный, уборщик; в данном случае - дневальный-осужденный из тюремной хозяйственной обслуги.

10 «Гаманец», «гаман» - кошелёк.


«ЗНАЮ!»


«КУРИЛКА» В ОТРЯДЕ. Один из осуждённых, новичок, встретил своего земляка, из Таганрога. На «зоне» это - большое дело, тем более что других таганрожцев в отряде не было.


В общем, начались «базары за вольную жизнь», воспоминания о прошлом. А какие разговоры у «босяков»? Кто с кем «бегал» (то есть у кого учился воровскому ремеслу), с кем «гужевался» (пил-гулял), чудил... Короче: «Ты Сеньку-Змея знал?» - «Знал! А ты Петруху Колобка знаешь?» - «A то!»
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

Похожие:

Разместите кнопку на своём сайте:
cat.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©cat.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
cat.convdocs.org
Главная страница